Памяти Давида Саркисяна (1947-2010)

 
 От нас ушел Давид Ашотович Саркисян - директор Государственного научно-исследовательского музея архитектуры им. А. В. Щусева, названного им МУАР, любимец москвичей, непоседа, нарушитель музейных традиций. Это произошло 7-го января.
 
Кто только не дружил с ним, кто не возмущался быстрой сменой его идей, кто не был им обласкан! Кого только он не приютил у себя! Он превратил музей в уникальный выставочный комплекс с "руиной", сводчатым "аптекарским приказом", анфиладой для временных экспозиций, вытеснивших постоянную! За это архитектуроведы его ругали. Тем не менее, он искренне интересовался историей своего музея и вытащил на свет информацию о фактическом создателе и первом его директоре Николае Дмитриевиче Виноградове (музей был создан в 1947-57 годах), соратнике Щусева в деле охраны наследия. Давид мечтал о выставке многочисленных коллекций, фотографий, архивных документов из собрания Виноградова.  
Именно Давид "открыл" для публики Виктора Констрантиновича Мельникова как художника, а не только как сына гениального зодчего. С выставки его картин началась нескончаемая эпопея проведения в жизнь планов сохранения дома Мельникова, наследия архитектора-отца и -живописца-сына.
Давид дал пространство для работы лучшим московскм зодчим: Александру Бродскому, Юрию Григоряну (архбюро Меганом), больше всего ценя их артистизм. Он выставлял работы лучших зодчих Александра Скокана, Сергея Скуратова и др. в противовес архитектурному официозу.
Давид открывал у себя новые художественные выставки чуть не каждые две недели: инсталляции, артефакты, перформансы. Сюда вписывалось все, что угодно, но не было ни одной рутинной экспозиции! 
Знаток кино, он всегда крутил здесь кадры из фильмов.
Во время Первой московской архитектурной биеннале 2008 года он приютил во дворике музея наш павильон "Москонструкт" и мы показывали слайд-шоу о московской архитектуре авангарда.
Коллажи с фотографиями людей искусства и звезд мировой архитектуры заполонили все коридоры у его кабинета, где он принимал сотрудников, друзей, заезжих зевак, киношников, журналистов, звезд мировой архитектуры.
Здесь бывали Арата Исодзаки, Вольф Прикс... Всех не перечислить!
К Давиду всегда стояла очередь из желавших, как минимум, просто с ним поговорить. Каждый, кто попадал в кабинет, пробирался к его столу боком из боязни свалить невероятное число милых его сердцу вещиц, уже не помещавшихся на стеллажа, шкафах, стульях. 
Как мы любили эту атмосферу! Каким счастьем были нескончаемые разговоры обо всем на свете, что имело отношение к жизни людей искусства! Давида интересовали творческие люди. Их биографии, внешний облик, планы на жизнь, чудачества...
Будет ли еще в Москве такой центр общения, в какой Давид превратил свой музей?
 
Елена Овсянникова
 

Добавить комментарий